истории из ничего... "Горячая батарея"
Jan. 21st, 2004 04:08 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
rikki_t_taviГода три-четыре назад я оказалась в перерыве нормальной жизни и занимала этот перерыв чем придется.
В том числе поехала в Москву на семинар НЛП. Семинар был с заманчивой темой - что-то про личную гениальность. То, что я там повидала, к делу не относится. А семинар не сложился - и были просто разговоры. Но в качестве примеров были какие-то упражнения. И в частности - на рассказывание. На листе написал ведущий простые словосочетания типа "упавшая книга" - и надо было в паре рассказать второму три совершенно разные истории, завязанные на этом. Любовь моя к сочинительству историй заплясала и забила в маракасы. Нам досталась "горячая батарея". Что я наплела своему партнеру! Он, раскрыв рот, слушал описание трех разных батарей и прислоненных к ним жизней. Но сам в ответ не выдавил ни одной истории.
А приехав домой, я один из контурных рисунков записала словами.
Он пришел с улицы.Ему семь лет. У него замурзанные красные руки и такие же щеки. Мать, измученная жизнью, рано постаревшая, выглядит им с братом как бабушка. Она любит их до беспамятства, но замученная любовь ее больше выражается в криках и шлепках. Она таскает его на всякие кружки и стоит рядом, пока он работает. Она в тоске жалуется на его неусидчивость - а он просто стоя работает. Он вышивает картинки с кораблями или рисует или собирает что-то из конструктора. Она кричит у него над головой, на стриженую макушку его сыплются оплеухи. Он привык и даже не вздрагивает. Она кричит, надрывая связки, что он чудовище. А он продолжает с ушедшим в себя взглядом наклеивать неровные раскатанные полоски пластилина на картон. Он знает, что она его любит, и не слышит этого крика. Руки его распухли и кожа обветрена --он носится по улице и лезет во все щели. В школе его ненавидят и боятся. Учительница утверждает, что по нему плачет колония. Он не слышит взрослых. Ему одинаково интересно залезть в трансформаторный шкаф и размотать шелковую нить на тонкие волокна, струящиеся как волосы. Он простодушен и яростно заинтересован в мире.
Уже поздно. Из-под двери другой комнаты по дощатому полу затекает свет. Он пробирается к батарее. Коричневые штаны с начесом, оставшиеся с незапамятных времен, стали тяжелыми и влажными, обмерзшими катышками снега, варежки на резинках насквозь мокрые и тоже в запутавшихся сосульках. Шерсть их свалялась настолько, что их уже не распустить. Пока мать не заметила его, он стаскивает штаны и вытягивает резинку из шубейки, развешивает все на батарее. Батарея старая, с острыми ребрами, покрытая множеством слоев краски, шершавая и горячая. Батарея в нише - и до стены сбоку остается кусочек пустоты - там наклеены обои в несколько слоев, от жара они легко отходят - и он несмотря на запреты отрывает узкие треугольные лоскуты - голубые и зеленые с тусклой бронзой, ему нравится и звук - этот шуршащий коробочный звук - и то как лоскуты эти имеют каемки - где тонкие слои бумаги расщепились вдоль - и на стене остались белые контуры -а на клочке - узкие цветные закручивающиеся края
Но сейчас он не отрывает обои. Он садится на пол между развешенными вещами, привалясь толстым свитером к батарее и ощущая затылком ее жар. Мальчуковые коричневые его колготки, штопанные матерью, тоже мокры. Весь мир вокруг остро пахнет мокрой шерстью, такой совершенно особенный запах - отходящего свежего запаха снега и глубокого , щекочущего ноздри, запаха шерсти, шкуры, вещи дымятся, смерзшийся снег превращается в воду и стекает на пол, наверху же - там где он старательно запихивал их вглубь - загибая за край батареи, на поверхности появляется паровая изморозь -налет мельчайших капель- не на самой поверхности - а над ней на крохотных распрямившихся волосках, волокнах, распушенной поверхности, параллельной ткани.
Он не смешивается с миром взрослых. Он научился не слышать их крики. Если бы он был взрослее - он бы сформулировал, что он их прощает. Но он даже не думает в таких терминах. Мать любит его - и он это знает. За ее изможденным лицом, за этими истошными криками, за подзатыльниками, которые она рассыпает так же легко как отчаянные слова, он слышит эту безмерную любовь - и не обращает внимания на внешние проявления. Он идеальный ребенок. Ему интересно все 24 часа в сутки. Он задает несметное количество вопросов и стойко выносит раздражение мира. В нем нет ни капли злобы. От этого - своей неуемной любознательности - и совершенного отсутствия обид - взрослым он кажется слабоумным. Он не замечает обращенных к нему вопросов и совершенно не поддается муштровке. Когда ему надо - он встает и идет посреди урока - или вдруг говорит что-то громким осипшим баском. Он не помнит, что его только что ругали - и открыв что-то, несется со своим открытием к рядом находящимся - и глаза его сияют от восторга, красные распухшие шершавые лапки движутся, показывая что-то в воздухе, он не умеет говорить тихо, попытка обуздать свой басок приводит к взвизгивающим срывающимся нотам. Голова его полна обрывков идей - для некоторых у него нет ни слов ни понятий - он чувствует их интуитивно, как наверное представляют что-то собаки - понимают всей темной массой - но не расчленяя на звуки, обозначающие мысли.
Сейчас он занимается любимым делом. Он хочет увидеть, как движется свет. Лампочка загорается в спирали - и свет этот должен добежать через комнату - чтобы упасть на стену. Он все время это пропускает. Ему кажется, что он просто недостаточно старателен - моргает или переводит взгляд. А если он очень постарается, не отведет глаз и не сморгнет - он увидит - как перед ним пронесется через комнату этот раздел света и тьмы- и свет будет давить, отодвигая темь. Как отодвигала бы его рука с отогнутой ладонью. Он качает перед собой отогнутой распухшей ладонью. Пальцы, согревающиеся от холода, начинают саднить и чесаться. Он знает, что мать обнаружив его здесь, будет ругаться - но до этого она должна открыть дверь из светлой комнаты - и может сегодня он увидит, если не сморгнет, как мимо него пролетит свет и разобьется, остановившись, об противоположную стену…
В том числе поехала в Москву на семинар НЛП. Семинар был с заманчивой темой - что-то про личную гениальность. То, что я там повидала, к делу не относится. А семинар не сложился - и были просто разговоры. Но в качестве примеров были какие-то упражнения. И в частности - на рассказывание. На листе написал ведущий простые словосочетания типа "упавшая книга" - и надо было в паре рассказать второму три совершенно разные истории, завязанные на этом. Любовь моя к сочинительству историй заплясала и забила в маракасы. Нам досталась "горячая батарея". Что я наплела своему партнеру! Он, раскрыв рот, слушал описание трех разных батарей и прислоненных к ним жизней. Но сам в ответ не выдавил ни одной истории.
А приехав домой, я один из контурных рисунков записала словами.
Он пришел с улицы.Ему семь лет. У него замурзанные красные руки и такие же щеки. Мать, измученная жизнью, рано постаревшая, выглядит им с братом как бабушка. Она любит их до беспамятства, но замученная любовь ее больше выражается в криках и шлепках. Она таскает его на всякие кружки и стоит рядом, пока он работает. Она в тоске жалуется на его неусидчивость - а он просто стоя работает. Он вышивает картинки с кораблями или рисует или собирает что-то из конструктора. Она кричит у него над головой, на стриженую макушку его сыплются оплеухи. Он привык и даже не вздрагивает. Она кричит, надрывая связки, что он чудовище. А он продолжает с ушедшим в себя взглядом наклеивать неровные раскатанные полоски пластилина на картон. Он знает, что она его любит, и не слышит этого крика. Руки его распухли и кожа обветрена --он носится по улице и лезет во все щели. В школе его ненавидят и боятся. Учительница утверждает, что по нему плачет колония. Он не слышит взрослых. Ему одинаково интересно залезть в трансформаторный шкаф и размотать шелковую нить на тонкие волокна, струящиеся как волосы. Он простодушен и яростно заинтересован в мире.
Уже поздно. Из-под двери другой комнаты по дощатому полу затекает свет. Он пробирается к батарее. Коричневые штаны с начесом, оставшиеся с незапамятных времен, стали тяжелыми и влажными, обмерзшими катышками снега, варежки на резинках насквозь мокрые и тоже в запутавшихся сосульках. Шерсть их свалялась настолько, что их уже не распустить. Пока мать не заметила его, он стаскивает штаны и вытягивает резинку из шубейки, развешивает все на батарее. Батарея старая, с острыми ребрами, покрытая множеством слоев краски, шершавая и горячая. Батарея в нише - и до стены сбоку остается кусочек пустоты - там наклеены обои в несколько слоев, от жара они легко отходят - и он несмотря на запреты отрывает узкие треугольные лоскуты - голубые и зеленые с тусклой бронзой, ему нравится и звук - этот шуршащий коробочный звук - и то как лоскуты эти имеют каемки - где тонкие слои бумаги расщепились вдоль - и на стене остались белые контуры -а на клочке - узкие цветные закручивающиеся края
Но сейчас он не отрывает обои. Он садится на пол между развешенными вещами, привалясь толстым свитером к батарее и ощущая затылком ее жар. Мальчуковые коричневые его колготки, штопанные матерью, тоже мокры. Весь мир вокруг остро пахнет мокрой шерстью, такой совершенно особенный запах - отходящего свежего запаха снега и глубокого , щекочущего ноздри, запаха шерсти, шкуры, вещи дымятся, смерзшийся снег превращается в воду и стекает на пол, наверху же - там где он старательно запихивал их вглубь - загибая за край батареи, на поверхности появляется паровая изморозь -налет мельчайших капель- не на самой поверхности - а над ней на крохотных распрямившихся волосках, волокнах, распушенной поверхности, параллельной ткани.
Он не смешивается с миром взрослых. Он научился не слышать их крики. Если бы он был взрослее - он бы сформулировал, что он их прощает. Но он даже не думает в таких терминах. Мать любит его - и он это знает. За ее изможденным лицом, за этими истошными криками, за подзатыльниками, которые она рассыпает так же легко как отчаянные слова, он слышит эту безмерную любовь - и не обращает внимания на внешние проявления. Он идеальный ребенок. Ему интересно все 24 часа в сутки. Он задает несметное количество вопросов и стойко выносит раздражение мира. В нем нет ни капли злобы. От этого - своей неуемной любознательности - и совершенного отсутствия обид - взрослым он кажется слабоумным. Он не замечает обращенных к нему вопросов и совершенно не поддается муштровке. Когда ему надо - он встает и идет посреди урока - или вдруг говорит что-то громким осипшим баском. Он не помнит, что его только что ругали - и открыв что-то, несется со своим открытием к рядом находящимся - и глаза его сияют от восторга, красные распухшие шершавые лапки движутся, показывая что-то в воздухе, он не умеет говорить тихо, попытка обуздать свой басок приводит к взвизгивающим срывающимся нотам. Голова его полна обрывков идей - для некоторых у него нет ни слов ни понятий - он чувствует их интуитивно, как наверное представляют что-то собаки - понимают всей темной массой - но не расчленяя на звуки, обозначающие мысли.
Сейчас он занимается любимым делом. Он хочет увидеть, как движется свет. Лампочка загорается в спирали - и свет этот должен добежать через комнату - чтобы упасть на стену. Он все время это пропускает. Ему кажется, что он просто недостаточно старателен - моргает или переводит взгляд. А если он очень постарается, не отведет глаз и не сморгнет - он увидит - как перед ним пронесется через комнату этот раздел света и тьмы- и свет будет давить, отодвигая темь. Как отодвигала бы его рука с отогнутой ладонью. Он качает перед собой отогнутой распухшей ладонью. Пальцы, согревающиеся от холода, начинают саднить и чесаться. Он знает, что мать обнаружив его здесь, будет ругаться - но до этого она должна открыть дверь из светлой комнаты - и может сегодня он увидит, если не сморгнет, как мимо него пролетит свет и разобьется, остановившись, об противоположную стену…
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2004-01-21 09:24 am (UTC)Спасибо, как-то это все близко мне....
no subject
Date: 2004-01-21 09:28 am (UTC)no subject
Date: 2004-01-21 09:48 am (UTC)Хотя в жизни мальчишек больше всяких приключений и любопытных историй....
no subject
Date: 2004-01-21 09:55 am (UTC):)
Date: 2004-01-21 12:07 pm (UTC)Re: :)
Date: 2004-01-21 06:11 pm (UTC)простите...
Date: 2004-01-22 10:00 am (UTC)no subject
Date: 2004-01-21 03:01 pm (UTC)no subject
Date: 2004-01-21 03:03 pm (UTC)no subject
Date: 2004-01-22 04:24 pm (UTC)Не удаляйте, пожалуйста никого.
no subject
Date: 2004-02-03 01:12 pm (UTC)Спасибо:) Идеально то, что было Нужно:))))
Re:
Date: 2004-02-03 03:39 pm (UTC)no subject
Date: 2010-08-08 06:04 am (UTC)Они всю жизнь гробят свои таланты и провоцируют других на это.
И гробят своих детей, ибо они - немой укор.
В общем, трагедия личности.
no subject
Date: 2010-08-08 06:58 am (UTC)no subject
Date: 2010-08-08 02:56 pm (UTC)В тех двух случаях, которые я знаю, люди всю жизнь страдают от своей нереализованности. При этом оба считают себя гениальными, каждый в своей области, и вероятно, это когда-то было правдой. А теперь уже сказать трудно - талант-то был зарыт в землю.
В обще, они друг друга нашли.
страшно другое - людей, реализованных творчески или стремящихся к этому, всячески осуждают и всячески препятствуют, в том числе собственным детям. Это уже страшно.